© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

Жизнь лютеран в Кыргызстане: от непонимания до терпимости

Лютеранство — одно из первых по времени течений, возникших в протестантизме. Несмотря на свой солидный, почти пяти вековой, возраст — это, пожалуй, одна из самых неизвестных христианских конфессий обычному обывателю в Кыргызстане.


Подпишитесь на наш канал в Telegram!


English Кыргызча

*Материал опубликован в рамках серии статей CABAR.asia, посвященной информированию аудитории о религиозном многообразии в странах Центральной Азии. Авторы не преследуют цель пропаганды той или иной религиозной конфессии.

Костяк кыргызских лютеран составили депортированные во время второй мировой войны немцы. Первые общины евангелических лютеран появились в Кыргызстане еще в 1999 году. Сегодня в Кыргызстане действуют около 15 лютеранских церквей.  Одна из них – Церковь «Конкордия», расположенная на окраине Бишкека. Это первая официально созданная и зарегистрированная в Кыргызстане лютеранская церковь. Произошло это в 2003 году.

Руководит лютеранской церковью епископ Кенжебек Ботобаев, до этого отдавший 15 лет органам внутренних дел:

«Первое образование у меня светское. Сначала окончил Национальный университет им. Ж.Баласагына по специальности «Финансы и кредит». Затем поступил в Духовную семинарию в Бишкеке. В 2007 году получил сан пастора, а двумя годами позже – в 2009 — сан епископа. С тех пор, собственно, и началось мое служение Церкви».

Лютеранская церковь «Конкордия» в Бишкеке. Храм с виду имеет очертания обычного особняка, пока к нему не приблизишься. Photo: CABAR.asia
Располагается лютеранская церковь по нынешнему адресу всего каких-то 10 лет. До этого приходилось снимать полуподвальное помещение, рассчитанное на 100 человек. Photo: CABAR.asia

Помимо храма в Бишкеке на территории Чуйской области есть и другие филиалы: в Кара-Балте, Панфиловке, Петровке и Кемине. Но приходы в них небольшие – от силы человек 10-15.

На Иссык-Куле в Аксуйском районе тоже была небольшая церковь, но ее закрыли из-за отсутствия людей.

По скромным подсчетам, по всему Кыргызстану насчитываются около 600 лютеран. В городской церкви на Рождественские служения и на пасху собирается полный зал, а в обычное воскресенье — до 25 прихожан.  Двери храма открыты для всех желающих, вне зависимости от национальности и вероисповедания.

Церковный зал. Photo: CABAR.asia

«Наряду с теми, кто посещает нашу церковь на постоянной основе, есть и те, кто боится этого делать. Вместо этого, верующие приглашают нас к себе домой, чтобы почитать молитву.

Изначально лютеран в Кыргызстане насчитывалось около 220 тысяч, сейчас их точное количество неизвестно. Поле развала Союза, Германия открыла границы для этнических немцев. Число покинувших Кыргызстан этнических немцев достигло пару сотен тысяч», — говорит Ботобаев.

Обычно момент основания лютеранства связывают с 31 октября 1517 года, когда Мартин Лютер открыто выступил с критикой Римско-католической церкви, прибив доску с 95 тезисами к дверям своей церкви в Виттенберге. Photo: CABAR.asia

Осмону Качкынчиеву 51 год. Лютеранство принял 15 лет назад, является пастором Евангелическо-лютеранской церкви в городе Кемин Чуйской области:

Осмон Качкынчиев. Фото из личного архива

— Лютеранство мне помогли познать в первую очередь пасторы, приехавшие в Кыргызстан из США. Сначала был просто интерес, я брал Библию и изучал все написанное в ней. Позже продолжил изучение уже в самом храме.

Я получил семилетнее духовное образование и вскоре стал пастором в церкви. Сам я считаю, что это Бог меня призвал и наставил именно на этот путь.

Всего лютеран в Кемине около 10 человек – среди них двое кыргызов, одна турчанка. Большинство из них — люди преклонного возраста. Раньше их было много, но кто-то переехал и обосновался в столице, кто-то скончался.

Родственники отреагировали на мое решение вполне спокойно. Были, конечно, разногласия в первое время, поскольку мой отец и младший брат служат имамами в разных мечетях. Для них это был нонсенс. Но со временем и они меня поддержали, сказав: «Человека судят по поступкам и благим делам, а не по вере».

Между исламом и лютеранством нет никаких принципиальных отличий или противоречий. Вероучение — очень тонкая вещь. Мы придерживаемся таких же священных писаний, которые обозначены и в Коране, и в Библии. Но некоторым людям этого понять слишком сложно.

Я хоронил своих родственников по мусульманским обычаям и также совершал отпевание вместо священника. Что касается похоронной процессии, то в былые времена возникали разногласия. Местное население могло выйти против захоронения, к примеру, на мусульманском кладбище. Однако до серьезных стычек, к счастью, не доходило.

И все же мы часто поднимаем вопрос о том, чтобы территорию на кладбище выделяли для каждой конфессии отдельно, чтобы избежать нежелательных конфликтов.

«Нас осуждали за отступничество от веры»

По словам руководителя церкви Кенжебека Ботобаева, уживаться с местным населением приходилось тяжело с момента создания общин:

Кенжебек Ботобаев. Photo: CABAR.asia

— Были гонения, неприятие. Как-то мы были в селе Ыссык-Ата, а там собрались около ста человек из местного населения, которые готовы были убить нас. Позже эти же люди написали на нас заявление в прокуратуру, куда нас неоднократно приглашали на допросы. Впрочем, ни мы, ни правоохранительные органы так и не поняли, за что.

 Что касается меня, то к лютеранству я пришел вслед за супругой и благодаря молитвам прошлых пасторов, которые были здесь миссионерами, таких как Тимоти Никл, Боб Файел.

Конечно, первые дни я не хотел даже слушать о лютеранстве. Выгонял с порога своего дома пасторов, зазывавших в церковь, вслед кидался камнями. Хотя я не относил себя к той или иной религии. В мечеть я не ходил, не молился. И все равно мне была отвратна мысль о том, чтобы пойти в церковь.

Но постепенно молитвами и учениями пасторов я пришел к лютеранству и стал посещать церковь. Я понял, что не много хорошего сделал в этом мире, и ко мне пришло покаяние. Это было тяжело. Тяжело было также принять тот факт, что от нас отвернулись абсолютно все – родственники, друзья, общество.

Так выглядит облачение священнослужителя лютеранской церкви. Photo: CABAR.asia

Национальность и религия – совершенно разные вещи.

Постоянные пересуды за спиной стали привычным делом. Шесть лет мы не общались с родными. В их понимании, я был предателем своей веры. А моей верой, как они считали, был ислам. Только потому, что я –  кыргыз по национальности. Но национальность и религия – совершенно разные вещи. Я соблюдаю все наши традиции и обычаи, и я также верую в Бога и хожу в церковь. Но объяснить это людям очень сложно.

Мы не могли спокойно выйти из дома, наши дети не могли учиться в школах из-за притеснений. Нас осуждали на государственных собраниях за отступничество от веры. Сейчас отношение намного лучше, если не замечать отдельных крайне редких выпадов. Во многом благодаря Государственному агентству по делам религии. Второй год мы собираемся и обсуждаем накопившиеся вопросы.

При лютеранской церкви «Конкордия» существует глазная клиника, которая на безвозмездной основе предоставляет слабовидящим людям очки. У входа в кабинет сидят люди разных возрастов и национальностей.  Photo: CABAR.asia
В день офтальмолога посещают до 15 человек. Не все пациенты верующие, есть те, кто просто приходят за очками, забирают и больше не возвращаются. Photo: CABAR.asia
По будням в лютеранской церкви проходят занятия по английскому языку для всех желающих. В основном это ученики младших классов. Photo: CABAR.asia

«Требования к пасторам очень высокие»

Церковная  литургия в храме проходит на двух языках – кыргызском и русском. Русскоязычных прихожан принимает пастор Мансур Курманбакеев:

— Я родился  в Новосибирске. Мой покойный отец был военный инженер и его отправили в Кыргызстан на завод ЭВМ. Дали квартиру и мы стали тут жить. Здесь я окончил политехнический университет, а потом как-то так получилось, что в один год я похоронил и мать, и отца.

Кенжебек Ботобаев и Мансур Курманбакеев. Photo: CABAR.asia

В тот момент со мной рядом находился друг — немец по национальности. Видя мое состояние, он повел меня в лютеранскую церковь. И после этого я стал помогать местному пастору. Через какое-то время он предложил отправить меня в Новосибирск, получить высшее духовное образование. После пятилетнего обучения я вернулся снова в Кыргызстан и вот уже 13 лет служу пастором.

Кстати, требования к пасторам очень высокие. Кроме того, что ты должен иметь высшее духовное образование, важно иметь и жизненный опыт. Ты должен быть женат и воспитывать хотя бы одного ребенка. Ко мне приходят исповедоваться люди разных возрастов, и я должен знать, о чем с ними говорить. Знание языков — также обязательное условие. Мы читаем Ветхий завет в оригинале на древнееврейском языке. Новый завет в оригинале – на древнегреческом. Знание языков помогает растолковывать людям сложные писания. 

Photo: CABAR.asia

Скоро во всех лютеранских церквях начнутся пасхальные богослужения. Традиции лютеранской пасхи во многом схожи с пасхальными обычаями католиков и православных. Правда даты разные: лютеране празднуют пасху 21 апреля, в соответствии с юлианским календарем. У православных Христово Воскресение в 2019 году приходится на 28 апреля. То есть разница между датами составит неделю, но бывает и так, что она достигает полутора месяцев. Практически всегда вначале празднуется католическая пасха, а уже после — православная.

В настоящее время верующие лютеране держат 40 дневной пост. Это для них время покаяния, размышления и молитв.


Данная статья была подготовлена в рамках проекта IWPR «Стабильность в Центральной Азии через открытый диалог».