© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

Кыргызстан и Казахстан: новая волна антикитайских настроений

Около 150 человек вышли на митинг на площадь Ала-Тоо в Бишкеке. Организаторы акции – общественное объединение «Кырк чоро» — требуют запретить выдавать гражданство Кыргызстана китайским подданым, кроме этнических кыргызов. Это не первый их митинг, поводом для акций протеста стали новости о притеснении национальных меньшинств и принудительном отправлении их «лагеря перевоспитания».


Подпишитесь на наш канал в Telegram!


Кыргызча English

Авторы: Наталья Ли, редактор CABAR.asia в Бишкеке, и Андрей Гришин, журналист в Алматы

С апреля 2017 года стали поступать сообщения о том, что в Китае начали массово направлять в так называемые «центры политического перевоспитания» этнических казахов и кыргызов, компактно проживающих в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР).

Всего в КНР проживает примерно 1,25 млн. казахов и около 180 тысяч кыргызов. До недавнего времени, в отличие от уйгуров, отношение к ним со стороны местных властей было вполне лояльным. Однако изменившаяся политика Пекина ко всем мусульманских меньшинствам привела к тому, что сейчас в таких центрах находится несколько десятков тысяч казахов и кыргызов, в том числе и те, кто получил гражданство Казахстана и Кыргызстана после возвращения на историческую родину.

На это официальная Астана делала вид, что такой проблемы не существует или что о ней не слышали. В июне прошлого года президент Нурсултан Назарбаев в Астане во время Всемирного курултая казахов, где он является негласным лидером, признался, что не в курсе проблем казахских соплеменников:

«Мы знаем о событиях в Синьцзяне. Есть терроризм, экстремизм, но о том, что там притесняют казахов, я не слышал. Если это есть, мы узнаем через МИД и обратим соответствующее внимание».

Но и МИД тоже ничего «не слышало», как минимум, до апреля 2018 года. При том что положение казахов в Китае открыто обсуждали инициативные группы казахских переселенцев из других стран и их организации, к которым подключились правозащитники.

Родственники задержанных в Китае этнических казахов на пресс-конференции в Астане 7 декабря 2017 года. Photo: RFE/RL

Разделенные семьи

Эта проблема стала обсуждаться в мировой прессе и на международных площадках. И одним из триггеров стало дело беженки из Китая Сайрагуль Сауытбай. Чиновница из СУАР казахского происхождения нелегально пробралась в Казахстан для воссоединения с семьей, но была обнаружена и арестована 22 мая прошлого года.

Читайте также: Почему Казахстан не стал выдавать этническую казашку китайским властям?

Сайрагуль Сауытбай на судебном заседании по ее делу. Photo:  RFE/RL

Оперативное информирование общественности не дало властям Казахстана «по-тихому» экстрадировать ее назад, и пришлось проводить судебный процесс, за которым следили десятки тысяч казахстанцев и десятки иностранных журналистов. 1 августа суд принял решение осудить ее условно на полгода без выдворения. Вместе с тем, ей отказали в предоставлении статуса беженца.

В том же месяце Министерство иностранных дел прислало благодарность Казахстанскому международному бюро по правам человека за предоставление информации о гражданке РК Гузалнур Женискызы, оказавшейся в «центре перевоспитания», в то время как ее семья осталась в Казахстане и потеряла с ней связь.

С этой поры в МИД из Бюро по правам человека было направлено еще десять файлов по «исчезновению» в Поднебесной казахстанцев или имевших вид на жительство в республике.

«Хотя обращавшихся было больше, порядка 30 человек, у них не было документального подтверждения родственных связей с теми лицами, о которых они говорили. А без этого мы не можем обращаться в МИД», — поясняет юрист Бюро по правам человека Гульмира Куатбекова.

Вместе с тем, как она говорит, казахстанский МИД в другом письме подтвердил, что принял к сведению рекомендации правозащитной организации об упрощении предоставления гражданства этническим казахам Китая.

Обращения и митинги

В Кыргызстане активно обсуждать тему этнических кыргызов в «образовательных центрах» Китая начали только осенью 2018 года. В ноябре родственники задержанных написали обращение на имя президента страны Сооронбая Жээнбекова с просьбой помочь получить хоть какую-то информацию о пропавших родных.

«Наши родственники, уехав в Китай, не возвращаются. Два года не можем получить никакой информации об их местонахождении. Их семьи, дети остались одни. Также мы не можем связаться с родственниками в КНР. Их массово задерживают. […] Мы не просим вас вмешиваться во внутренние дела Китая. Но считаем, что Кыргызстан вправе интересоваться причиной массового задержания этнических кыргызов и граждан КР».

Этнические кыргызы, вернувшиеся на родину рассказывают, о том, что их родных забрали полицейские и уже несколько месяцев о них нет никакой информации (цитаты по 24.kg).

Аалы Суйуналы уулу:

— Мы сначала думали, что отца забрали в партийную школу. В Китае в последние годы появились такие школы для взрослых, где 2-3 месяца обучают линии Компартии. Мы думали, что отец находится в такой школе и скоро вернется домой. Тем более, первые три месяца он звонил домой. Мама пару раз навестила его. Потом он пропал. Теперь мы не знаем, где он и что с ним.

Родственники задержанных в Китае. Photo: 24.kg

Муслим Салимов:

— Мой друг Адилет Турдакун в конце 2016 года стал гражданином Кыргызстана, а в 2017-м узнал, что его отца отправили в лагерь. Ему родные из Китая передали сообщение о том, что власти готовы освободить отца, если он вернется из Кыргызстана. В это время он уже был гражданином Кыргызстана. Поверив обещанию властей Китая, мой друг поехал туда. Его задержали на границе.

В начале декабря возле Дома ООН в Бишкеке кыргызстанцы провели митинг и написали обращение в эту международную организацию с просьбой создать специальную комиссию для расследования происходящего в КНР.

Photo: RFE/RL

Письма и обращения также писали омбудсмену Кыргызстана Токону Мамытову, который ответил лишь, что работа ведется и они готовят запрос властям Китая, ответ на который придет не раньше, чем через месяц или два.

Дипломатическое мастерство

Несмотря на активность гражданского общества, власти страны по вопросу этнических кыргызов в Китае стараются хранить молчание. Об этой проблеме глава государства Сооронбай Жээнбеков заговорил только на своей итоговой пресс-конференции 19 декабря (цитата по Azattyk):

Нужно применять самый высокий уровень дипломатического мастерства. В Кыргызстане осуждены 10 граждан Китая, 5 из них сидят в тюрьме. Они же не кричат. Этнические кыргызы в Китае – это граждане Китая, которые подчиняются законам этой страны. Как мы можем вмешиваться в их дела? Мы не можем. Но мы работаем по дипломатическим каналам. Или мне тоже выйти на улицу?

На следующий день после пресс-конференции Жээнбекова прошел митинг общественного объединения «Кырк чоро» возле посольства Китая в Бишкеке. Они требовали прекратить гонения в отношении представителей национальных меньшинств в Китае и рассказать о причинах задержания этнических кыргызов. А также депортировать нелегальных китайских граждан и создать комиссию, которая изучит, законно ли выдавалось гражданство Кыргызстана иностранцам за последние 10 лет.

Photo: ru.sputnik.kg

Визит вежливости

Наконец, в конце декабря прошлого года Китай пригласил посетить «центры политического перевоспитания» двенадцать иностранных дипломатов, преимущественно из мусульманских стран, среди которых были дипломаты из Казахстана и Кыргызстана. О последнем неизвестно ничего, кыргызский МИД не раскрывает ни его имя, ни детали поездки.

Советник посла Казахстана в КНР Манарбек Кабазиев поделился своими впечатлениями с китайским международным телеканалом CCTV:

Те условия, которые создало правительство Китая для данных студентов, они позволяют говорить о том, что правительство Китая очень серьезно заботится о своих гражданах. Еще раз хотел отметить, что именно правительство Китая, правительство СУАР полностью дают гражданам своей страны приобретать для себя новые профессии.

Между тем, освобожденные узники лагерей, вернувшиеся в Казахстан, рассказывают диаметрально противоположные вещи и неустанно взывают к казахстанским властям с просьбой помочь своим оставшимся родственникам или другим соплеменникам.

«Они просто разыграли спектакль. У меня есть точные данные, что в Урумчи они полностью заменили контингент лагерей. И те люди, которые не знают, как осуществляется государственная политика Китая, они оказались обманутыми», — заверяет Кахарман Кожамбердиев, советник Всемирного уйгурского конгресса.

Нурбек Бекмурзаев. Фото с личной страницы в Facebook

Как полагает исследователь и аналитик CABAR.asia Нурбек Бекмурзаев, этот визит был устроен с условием того, что не будет никаких отрицательных оценок со стороны чиновников, и чтобы придать некую легитимность этим лагерям. Это тем более очевидно, что приглашения не получили дипломаты из стран Европы, США и международные правозащитные организации, которые особенно активно выражали обеспокоенность и говорили о нарушениях прав человека в Китае.

«В связи с недавними митингами МИД скорее всего не хочет, чтобы эта тема набирала обороты в СМИ. Сейчас есть только два источника, из которых можно узнать о ситуации: первый – это наши граждане, которые вернулисьиз Китая, а второй – это дипломаты, но они будут молчать, чтобы не провоцировать ни обсуждение этой темы в СМИ, ни правительство Китая», — считает Бекмурзаев.

Дипломатичная дипломатия

Аналитики поддерживают позицию Сооронбая Жээнбекова и сходятся во мнении, что в отношении Китая действовать нужно аккуратно и дипломатично. Тем более, что ни у Кыргызстана, ни у Казахстана нет реальных политических или экономических инструментов влияния на Поднебесную по этому вопросу. Обе страны имеют миллиардные долги перед Китаем, зависят от его товаров и совместных инфраструктурных проектов.

Кроме того, как отмечает другой аналитик Амангельды Джумабаев, Кыргызстан и Казахстан как члены ШОС также имеют обязательство о невмешательстве во внутренние дела страны. По его словам, действовать через международные организации также малорезультативно:

Мы знаем много примеров, когда различные международные организации призывали соблюдать права человека, что в итоге ничего не дало. Кыргызстан должен действовать внутри, локально, использовать организации где и Китай, и Кыргызстан хорошо сотрудничают. Например, ШОС, где Кыргызстан в этом году председательствует.

Как отмечает Нурбек Бекмурзаев, попытки Кыргызстана или Казахстана действовать через международные организации однозначно будут раздражать правительство Китая и это будет необдуманным поступком со стороны правительства. Поэтому действовать государства могут только через двусторонние договоренности и по дипломатическим каналам.

Уступки Китая

10 декабря прошлого года официальный представитель Министерства иностранных дел Казахстана Айбек Смадияров сообщил в ходе брифинга, что Китай разрешил двум тысячам этническим казахам отказаться от гражданства и покинуть страну. Предполагается, что основным местом переселения станет соседний Казахстан.

В МИД заверили, что казахам из Китая по прибытии предоставят казахстанское гражданство или вид на жительство. На данный момент это самое важное достижение, касающееся положения этнических казахов в Китае.

Кыргызстан пока не может похвастаться успехами. И по словам Нурбека Бекмурзаева, самое полезное, что может сделать кыргызское правительство – не мешать гражданскому обществу, международным организациям и другим активистам, которые самостоятельно пытаются поднять эту тему. А возможно, даже помогать, но оставаясь при этом в тени.

«У нас достаточно сильное гражданское общество по сравнению с другими странами и единственный способ, через который мы теоретически можем как-то влиять — поднимать эту тему. Уже появились сдвиги — Китай больше не может отрицать существование этих лагерей, появляется мизерная доля прозрачности в этих делах. Если государство не будет мешать, то, возможно, наша страна как-то повлияет на ситуацию», — говорит Бекмурзаев.


Данный материал подготовлен в рамках проекта «Giving Voice, Driving Change — from the Borderland to the Steppes Project», реализуемого при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Норвегии. Мнения, озвученные в статье, не отражают позицию редакции или донора.