© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

Когда закончится «медовый месяц» между Узбекистаном и Таджикистаном?

Договор о стратегическом партнерстве между двумя республиками — серьезный тест на возможное укрепление сотрудничества, отмечают аналитики.


Фото: пресс-служба президента Узбекистана.

English

Во время визита президента Таджикистана в Узбекистан, среди прочих соглашений два лидера подписали Договор о стратегическом партнерстве между республиками. Этот документ предполагает долгосрочное и продуктивное сотрудничество, демонстрацию общих целей и видений по широкому кругу вопросов.

Но несмотря на политическую волю по улучшению отношений и демонстрацию добрых намерений, между странами остается много нерешенных вопросов и по некоторым из них стороны придерживаются противоречивых позиций.

Строительство Рогунской ГЭС в Таджикистане – одна из главных проблем. Узбекистан, расположенный в низовье и зависимый от притока воды из рек Таджикистана и Кыргызстана, во времена правления Каримова выступал против строительства крупных ГЭС, опасаясь большого дефицита поливной и питьевой воды для своего населения.

Об обсуждении этого вопроса открыто не заявлялось ни во время визита Мирзиёева в Душанбе, ни в последнем визите Рахмона в Ташкент.

Эксперт аналитической платформы CABAR.asia Юрий Саруханян (Ташкент) обращает внимание, что на фоне декларации о готовности стран использовать воды Сарезского озера и совместно построить две ГЭС на Зарафшане (исток реки в Таджикистане, устье в Узбекистане) в итоговом заявлении не была упомянута тема Рогуна.

«Игнорирование Рогуна в ходе встречи может означать, что либо стороны решили не омрачать торжественность обстановки вопросом, по которому могут возникнуть противоречия, либо переговоры по Рогуну идут в закрытом режиме и стороны пока не готовы раскрыть детали», — полагает Саруханян.

Таджикский политолог Джахонгир Бобоев в оптимистическом сценарии полагает, что стороны могут прийти к тому, что Узбекистан может поддержать строительство других электростанций и даже Рогунской ГЭС.

«Узбекистан нуждается в электроэнергии, запасы природного газа не вечны», — сказал он. 

Говоря о двусторонних отношениях, Саруханян отмечает, что о полной «перезагрузке» в отношениях можно будет говорить, когда стороны пройдут через первые трудности на пути к нормализации двусторонних отношений.

«В этой связи ключевыми будут результаты переговоров по демаркации границ и проблеме водопользования. Определяющим будет и то, насколько быстро страны избавятся от необходимости экстраполировать государственные отношения на отношения между президентами и запустят эффективные механизмы взаимодействия в сферах экономики, культуры и образования, не зависящие от политических элит, находящихся у власти».

Саруханян говорит, что, учитывая два десятилетия непростых отношений между Узбекистаном и Таджикистаном, сейчас стороны достигли вполне приемлемых результатов. Но при этом отметил, что «медовый месяц» скоро эволюционирует в сложные будни, и постоянные разговоры о прорыве «по сравнению с периодом предыдущих 25 лет» перестанут приносить дивиденды.

«Я считаю, что пока рано говорить о пределах дружбы между двумя странами, особенно между их лидерами. Их пока нет, поскольку все начинается с чистого листа. Да и в среднесрочной перспективе маловероятно появление каких-либо серьезных политических разногласий», — полагает независимый исследователь из Ташкента Эльер Усманов.

По словам Усманова, с одной стороны, Ташкент нацелен на построение дружеских отношений со своими соседями, в том числе и с Таджикистаном, с другой – итоги визита Рахмона доказывают, что обе страны пока способны договариваться; они смогли прийти к согласию по многим вопросам, включая и те, из-за которых обе страны долго конфликтовали.

«Конечно, возможны неудачи в исполнении поставленных задач, но они не повлияют на политическую волю лидеров двух стран, — считает Эльер Усманов. – В политическом масштабе пока рано искать камни преткновения».

Узбекский политолог и исследователь Рафаэль Сатторов обращает внимание на то, что ранее в обеих странах на государственном уровне имело место необъективное отношение к таджикам в Узбекистане, а к узбекам – в Таджикистане, а также фальсификация истории в ущерб соседу с обеих сторон. 

«Этот раздражающий политический фон должен быть сведен к минимуму или же маргинализирован», — считает Сатторов.

«Чтобы на самом деле подтвердить слова о «братских народах», странам необходимо начать уделять внимание университетским кооперациям: создавать совместные программы по обмену студентами, преподавателями и исследователями», — продолжает он, добавив, что сотрудничество нужно наладить и по линии спецслужб, устранить бюрократию в пересечении границы.

Сатторов также сказал о необходимости скорейшего решения проблем с демаркацией и делимитацией границы, разминирования отдельных приграничных территорий. 

Какие изменения уже произошли

Благодаря визиту Шавката Мирзиёева в Таджикистан отношения между странами и в самом деле стали гораздо теплее – гражданам обеих стран больше не нужно регистрироваться для туристического визита, транспортное сообщение между странами восстановлено. 

Специалист по внешней политике из Душанбе Комрон Хидоятзода говорит, что Таджикистан ожидал от визита Эмомали Рахмона в Ташкент углубления отношений в торгово-экономической, научно-образовательной и культурно-гуманитарной сферах.

«Более 20 подписанных межгосударственных документов дают основания полагать, что страны наметили развитие сотрудничества во всех отраслях народного хозяйства, а также в области безопасности и обороны, военного и военно-технического сотрудничества», — прокомментировал Комрон Хидоятзода.

Помимо проектов в реальном секторе экономики, таджикский политолог Джахонгир Бобоев считает, что в туристическом секторе у обеих стран есть большой потенциал для взаимовыгодного сотрудничества – таджикистанцы интересуются историческими памятниками в Узбекистане, а узбекистанцам будут интересны природные особенности и горный ландшафт Таджикистана.

«Заключения стратегического партнерства подразумевает всестороннее развитие сотрудничества. По сравнению с предыдущими годами, теперь у Душанбе не будет возможности обвинять Ташкент в провалах своих экономических проектов,  вед они теперь стратегические партнеры», — сказал Бобоев.    

Эксперты отмечают, что несмотря на существующие противоречия установившаяся позитивная атмосфера в отношениях между Узбекистаном и Таджикистаном и первые изменения, которые произошли за короткий период времени, уже являются своеобразным результатом.

В рамках укрепления сотрудничества с начала текущего года у таджикских и узбекских чиновников состоялось более 50 встреч на различных уровнях; также межправительственная комиссия четыре раза заседала по торгово-экономическому сотрудничеству.

По официальным данным, за первые шесть месяцев этого года объем взаимной торговли вырос более чем на 35 процентов по сравнению с аналогичным периодом 2017 года. На этой встрече заключены торговые договоры и соглашения на сумму свыше 300 миллионов долларов.

«В нашем сотрудничестве есть еще много незадействованных возможностей, — сказал Шавкат Мирзиёев на встрече с Рахмоном. – Продолжая работу в таком темпе, вскоре доведем объем товарооборота до 500 миллионов долларов. На самом деле наш потенциал – минимум один миллиард долларов».

Государственный визит Эмомали Рахмона в Узбекистан состоялся 17-18 августа. Он стал ответным на визит Мирзиёева в Душанбе, который произошел в марте этого года. 

Дарина Солод — выпускница Школы аналитической журналистики CABAR.asia 


Данный материал подготовлен в рамках проекта «Giving Voice, Driving Change — from the Borderland to the Steppes Project», реализуемого при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Норвегии. Мнения, озвученные в статье, не отражают позицию редакции или донора.